Поиск на сайте          

Творческий портрет


«Отпусти себя на свободу –  вырастут крылья»

      Зинаида Сибирцева – художник-любитель из села Черепаново. Рисовать она начала уже в зрелом возрасте, в наивной, почти детской манере, со свойственной этой манере искренностью, чистотой, любознательностью, простотой и радостью жизни. Высоко оценили творчество Сибирцевой и эксперты международных фестивалей наивного искусства, где уже побывали работы сибирячки. Сама Зинаида Леонидовна утверждает, что она действительно очень наивный человек и такой же художник. А наивность её помогла не только ей самой, но и примкнувшим к ней единомышленницам – селянкам Черепановского района. Вместе с Сибирцевой эти женщины создали общественно-поэтический клуб. Вместе с ней они приехали на открытие персональной выставки в Областной Дом народного творчества.
      А начиналось всё очень просто, неожиданно и, наверное, тоже наивно. Наивным в каком-то смысле можно считать и то, что, родившись как художник, Зинаида Борисюк тут же придумала себе новую фамилию, точнее, творческий псевдоним – «Сибирцева». Случилось это её рождение как живописца в 2004 году.
      По профессии Зинаида Сибирцева – журналист районной газеты. Муж – художник-профессионал, правда, не в наивной живописи, а в академической. Зато и бумага, и кисти, и краски – у неё всегда под рукой. Поначалу картины ей стали сниться. И первую свою картину тоже увидела во сне, а нарисовав её гуашью, так и назвала – «Галерея номер один». Первым картину увидел, конечно, муж, творение одобрил. Когда Зинаида перерисовала все картины, какие приснились, то уже наяву, в живом воображении, снова и снова стали возникать картины… И не избавишься от них, а надо сесть, реализовать и только тогда успокоиться. В общем за год художница их нарисовала… штук сто!
      Техника у Зинаиды такая, что приходится накладывать краски в три слоя, чтобы они устоялись. Темпера заводится на яичном желтке, и надо, чтобы предыдущий слой сначала застыл. Она сама делает краски, чувствуя их, как будто осязая, рисует на картоне. Просто ей так нравится.
      Занятия живописью дают ей многое, не отнимая ничего. «Был у нас с мужем такой сложный период в жизни, – вспоминает Зинаида Сибирцева-Борисюк, – что мы как бы «не вписались» в ситуацию, потеряли работу. Морально тогда тоже было тяжело. И когда я начала рисовать и решилась на первую выставку, то, уже переступая порог выставочного зала на Каинской, 5, поняла, что вступаю в другую жизнь. И чем дальше я иду вперёд – тем больше это помогает мне развиваться в духовном плане. То, что есть во мне, я стремлюсь отдать людям, чтобы они тоже встали на ступеньку выше и стремились дарить своё тепло другим».
      И правда, с каждой новой картиной с художницей происходит что-то хорошее. Когда она рисует, то «про себя» рассказывает, что же там, на полотне, происходит. А впервые посоветовал записывать такие «нарисованные» сказки её сын, когда мама просто сочиняла их в процессе рисования или до него. Так и пошло: картина – сказка, стихи; снова картина – и опять детские и взрослые стихи или проза...
      «Я всегда нахожу время для рисования. Когда крылья есть – хочется взлететь, а крылья у меня есть постоянно. Хоть минутку, да порисую – иногда ночью или пораньше встану утром. Придумала себе такой девиз: "Отпусти себя на свободу – и у тебя вырастут крылья"…».
      И живёт она по нему неустанно сама, помогая освободиться душою людям вокруг. Вот такая она – сказочница и художница из села Черепаново – Зинаида Сибирцева.

(По материалам сюжета журналиста Максима Картавых в радиопрограмме «Микрофорум», прозвучавшего в эфире ВГТРК в июне 2011 г. по поводу открытия выставки З. Сибирцевой в выставочном зале НГОДНТ).

      От редакции.
      В издательские планы НГОДНТ на 2012 год включён сборник сказок, стихов и репродукций картин Зинаиды Сибирцевой. Предполагается, что он увидит свет осенью 2012 года. Пожелаем этому творческому проекту удачного воплощения!


Красные тюльпаны распускаются

      Дети, когда рождаются, ничего не видят и не слышат. Имеется этому и научное объяснение. Но по разным причинам некоторые младенцы являются исключением из правил. Одни сразу видят, другие слышат, третьи рождаются с зубами. У иных же  присутствует весь набор сразу. То есть они видят, слышат,  и зубов полон рот!
      Новоявленный младенец имел слух – и только. Тем не менее такое преимущество испортило ему жизнь с раннего рождения. Когда врач поднёс ребёночка к молодой маме со словами: «Поздравляю! У вас родился красивый и здоровый мальчик!» – мать пробурчала в ответ: «Не хочу его видеть, он мне не нужен!» Малыш услышал эти слова, но не испугался, не заплакал, а сильно удивился, отчего внезапно широко распахнул глаза. Это потрясение как будто зафиксировало его взгляд. Всю жизнь он изумлённо смотрел на мир. Да и было чему удивляться! Постоянно он задавал себе один и тот же вопрос: почему? Самый первый вопрос: «Почему мама от меня отказалась?» – так и остался без ответа. Как, впрочем, и все последующие.
      За прожитые им годы горьких вопросов набралось на большую энциклопедию, но никто на свете не решился бы издать такую «Почемучку». Отчасти потому, что людям не хотелось обременять себя лишними заботами, разбираясь в подобных делах.
      Кто-то где-то назвал мальчика Юрой. Чем в этом случае руководствовались люди, определяя имя, неизвестно. Думаю, что если это был образованный человек, то он мог позаимствовать  имя у какого-нибудь замечательного мужа. Славных личностей в истории страны с таким именем – предостаточно! Если же это был жалостливый человек, то, глядя на ребёнка словно не от мира сего, он мог соотнести его с людьми юродивыми и назвать соответственно. Так или иначе, а имя хорошее, и самому мальчику оно нравилось, хотя его внешность сильно разнилась с таким громким, примечательным именем.
      В тридцать с лишним лет у Юры было по-прежнему детское удивлённое лицо. Всему виной были всё те же вопросы без ответа. С возрастом они почти не изменились. Можно сказать, что они остались прежними. Юра спрашивал себя, когда был ребёнком: «Почему воспитательница такая злая? почему дети обижают меня? почему учитель называет меня тупицей?» А, став взрослым, спрашивал так: «Почему прохожие крутят пальцем у виска, показывая на меня; почему я ничего не умею делать; почему рядом со мной в чужом доме живут эти несчастные страдальцы; почему люди такие угрюмые; почему, почему, почему???» Юра очень переживал по этому поводу, убеждая себя: «Если бы я смог ответить на свои вопросы, то непременно объяснил бы людям, как поступать правильно. Тогда все стали бы счастливыми! Вопросы больше не мучили бы меня. С ясной головой я запросто начал бы делать дело, от которого всем было бы хо-ро-шо!»
  Прошли годы, Юра проживал в очередном приюте. Он был очень аккуратным постояльцем: ровненько заправлял свою кровать, тщательно чистил зубы и складывал вещи в тумбочку. Другие обитатели этого прибежища не отличались опрятностью, и Юра сам наводил у них порядок. Он считал, что им некогда этим заниматься. Каждый из таких «нерях» был чем-либо занят. Среди них были художники, музыканты, иные деятели искусства. Юра считал таких людей святыми и бережно охранял их покой. Он один понимал, как им дорого время. Нередко и ему самому приходили на ум поэтические строки, но Юра никогда не записывал их, – стеснялся, что заметят. Это были короткие четверостишия, которые он запоминал и хранил в голове. К некоторым стишкам он придумывал немудрёные мелодии и распевал их про себя.
      Юра очень любил прогулки. В дождь, например, он в прекрасном настроении бродил по лужам. А в метель гонялся за снежинками, пытаясь поймать хоть одну. Он часто гулял раздетый и разутый – просто забывал одеться. Он радовался городу, улицам. Одно удручало его: печальные, хмурые, недовольные лица людей.
      В одно прекрасное время – было начало весны – Юра оказался на центральной площади города. Выдался тёплый ласковый денёк, как раз для гуляний. День был выходной, но площадь и прилежащий парк пустовали. Сиротливо выглядели скамейки, лужайки были свободны. Юра босиком расхаживал по газону, который нагрело солнышко. Кругом было безлюдно, и Юра загрустил.
      Встрепенулся он от вопроса: «Что бы вы пожелали людям в это весеннее утро?» В городе проходил опрос по данной теме. И поскольку других людей корреспонденты на улицах не встретили, они, хоть и с недоверием, обратились к странному человеку с удивлённым лицом. Юра впервые в жизни не растерялся. Казалось, что к ответу на этот вопрос он давно приготовился. И когда ему разрешили в качестве пожелания спеть одну из своих песенок, Юра встал пряменько, сложил на груди руки домиком и запел. Какая-то старушка оказалась рядом и, ничего не расслышав, крикнула ему: «Милок, пой громче, а то не слыхать тебя!» Юра напряг свой детский голосок и выпалил скороговоркой:

Красные тюльпаны распускаются,
На улицах все люди улыбаются!
Я хочу, чтоб расцветали все цветы,
И чтоб всегда сбывались все ваши мечты!

      Слова простые, мелодия тоже, но пожелания сразу же начали исполняться! Из земли показались зелёно-дымчатые ростки тюльпанов, которые за считанные минуты взвились выше человека. Образовался своеобразный лес из огромных красных цветов. Из окон домов их увидели ошеломлённые люди и поспешили на улицу. Всё ожило! По синему-синему небу весело поплыли частые лёгкие облака. Народ, словно вспомнив что-то, заторопился жить, сожалея, что не сделал этого раньше.
      Матери с младенцами на руках и с колясками спешили в парк на прогулку. Родители с детьми шли на аттракционы. Здесь же гремела свадьба, и был организован выпускной бал. Демонстранты размахивали флагами, цветами и транспарантами с лозунгами в честь мира, мая и труда. Атрибутами праздника они заполонили все улицы. Повсюду белели сады, слышались песни и смех детворы. Мальчишки гоняли мяч, девочки играли в куклы. Подростки колесили на велосипедах, купались и загорали. Влюблённые пришли на свидание. По набережной сновали желающие плыть под парусами. Под зонтиками кафе проголодавшихся угощали прохладным молочным коктейлем и блинчиками с повидлом.
      Шум, гам, кутерьма, суматоха – всё заголосило, задвигалось, воспрянуло! Понятно же, что когда распускаются красные тюльпаны, – всем так хочется жить!


Ау-у-у!

      Собачонка металась вдоль кромки леса, не смея перескочить мелкую канавку и очутиться среди кустарников и деревьев. Она тряслась всем телом, поджимала то одну, то другую лапку, всё время принюхивалась, боязливо оглядываясь по сторонам. Её обуял страх.
      «Может, вернуться назад, домой?» – соображала собачонка. Но её нос уловил знакомый запах, и стало ясно, что хозяйку следует искать где-то  здесь. Это сделало её решительной. Зажмурившись, она запрыгнула в лес так лихо, что чуть было не расшиблась о ствол берёзы, но зацепилась лапами  за куст шиповника и шлёпнулась в заросли колокольчиков. Вскочив, и отряхнувшись, собачонка стала обнюхивать колокольчики, которые узнала сразу. Именно такие цветы хозяйка приносила домой каждый раз, возвращаясь из леса; да ещё вон те – белые с частыми лепестками.
      И в самом деле, по разнотравью крупными бусами рассыпались ромашки. Собачонка ринулась к ним. Не найдя и там своей хозяйки, она стала метаться по  лужайкам, обнюхивая каждый цветок. Лесной дух приглушил знакомый запах и сбил её с толку.
      Собака осмотрелась. Лес показался ей жутким местом с высоченными чёрными деревьями без единого листочка. Вытаращив глаза и прижав уши, она подумала трепеща: «Надо же! А лес-то совсем голый»… Боязливая собачка стала тихонько повизгивать, нерешительно пробираясь дальше. Вот уж поистине – «у страха глаза велики».
      Вдруг ей почудилось, что её зовут: «Туся, Тусенька!» Она остановилась, как вкопанная, и прислушалась. Лес шумел, щебетали птицы, стрекотали кузнечики, но собачонке показалось, будто прокричали над самым ухом в застывшей тишине.
      Обезумевшая, помчалась она по цветам, не понимая, что ей это только слышится. Лес сгущался. Запыхавшись от бесполезного бега, собачонка плюхнулась в изнеможении на траву и закрыла глаза. Переводя дух, она ненароком вспомнила, как хозяйка частенько называла её трусихой и неженкой. Когда мальчишки шумели во дворе петардами, Туся пряталась в дальнем углу и тряслась там от испуга. А когда кто-нибудь нечаянно задевал её, проходя мимо, она с оглушительным визгом резко отпрыгивала в сторону.
      В таких случаях хозяйка журила её, улыбаясь, гладила по голове и угощала конфеткой или печенюшкой. Благодарная Тусенька пыталась лизнуть ей руку и смиренно заглядывала в глаза. Затем начинала носиться кругами с восторженным лаем, показывая тем самым, что вовсе она не неженка и трусиха, а просто решила так всех позабавить.
      Собачонку любили, поэтому потакали её лукавству. Туся, в свою очередь, в хозяйке души не чаяла, не отходила от неё ни на шаг и всегда горевала, если той было необходимо уйти из дома. Собачка не позволяла никому приближаться к своей владелице. Сразу настораживалась, скулила и старалась заслонить её собой. Если же в разговоре с хозяйкой её собеседники эмоционально жестикулировали, собачонка кидалась на них, почуяв угрозу. «Какая она у вас злая!» – недоумевали они. А хозяйка всегда заступалась за неё, поясняя: «Просто она безгранично преданная». 
      От нахлынувших воспоминаний собака горестно вздохнула, поднялась и потянула носом воздух. Пахло мёдом и сосной. Оглянувшись назад, она увидела сквозь деревья цветущий луг и дорогу, по которой она прибежала к лесу, и опять подумала: «Может, всё же вернуться домой?» Собачонке стало так тоскливо, что она заскулила.
  Поначалу потихоньку, потом всё громче и громче. Временами она повизгивала, и казалось, что где-то плачет безутешный ребёнок.
      «Туся, Туся! – донеслось до неё издалека. – Где, ты, Тусенька?!» – услышала она голос хозяйки и не поверила своим ушам. – «Туся, я здесь, беги сюда! Я здесь, здесь! Беги ко мне скорей! – звала хозяйка. – Ау! Ау, ау, Туся!»
      Ошалев от неожиданной радости, собачонка помчалась на голос, – только ветер засвистел у неё в ушах! Петляя и делая зигзаги, она выскочила на залитую солнцем лужайку и, не в состоянии совладать со своим счастьем, задрала голову кверху и что есть мочи завопила: «А-ууу!!!»


Настроение и ослик

      Настроение действительно существует. Обитает оно на небе, а точнее, в безбрежном занебесье. На самом деле настроений великое множество. Есть и главные: Хорошее, Неважное и Плохое. На небе настроений им соответствуют три цвета – это оранжевый, сиреневый и багровый.
      Там, где оранжевый цвет, – живёт Хорошее настроение. Это настроение кругленькое, на нём светлый свободный балахон и высокий коричнево-жёлтый тюрбан. Вверху тюрбана имеется круглое отверстие, в котором постоянно сияет солнце. На тюрбане маленькая вертикальная антенна. Большой палец руки этого настроения всегда поднят вверх. Такое настроение непременно присутствует там, где есть радость, вдохновение, восторг, восхищение, любовь. У такого настроения обычно смешной бесформенный нос и симпатичные, закручивающиеся усики. Глаза у него с прищуром, весёлые. Его небо постоянно светится, переливается тёплыми красками. Иметь такое настроение у себя, значит, чувствовать себя свободно и быть счастливым.
      На сиреневом занебесье примостилось Неважное настроение. Его тело вытянуто, как лапша. Оно одето в более тёмный и тяжёлый балахон, а тюрбан у него высоченный, с непомерно длинной горизонтальной антенной, направленной в сторону Плохого настроения. В отверстии его головного убора, расположенного значительно ниже, чем в тюрбане Хорошего настроения, поместился неказистый, крючковатый, хмурый  месяц.
      Свои руки это настроение прячет под одеждой. Нос его опущен вниз и закрывает подбородок. В глазах – унынье. Да и усы у него тоже унылые. Неважное настроение предпочитает грустить, плакать, обижаться, сомневаться, быть покорным. На его сиреневом облаке моросит дождь, затяжной дождь. С таким настроением все только и делают, что хандрят, особенно, когда занебесье становится фиолетовым.
      За багровой завесой скрывается Плохое настроение. Его облако всегда раскалено! В нём клубятся вихри, бушуют чёрные молнии, громыхают громы. Само настроение как-то бесформенно сжато, исковеркано; из тёмного тяжелого балахона выпирают стиснутые кулаки. Лицо его сплющено настолько, что нос кажется хищным, особенно с такими неприятными усами: чёрный щетинистый квадратик под носом.
      Глаза сомкнуты в плотную щель. На голове у Плохого настроения изломанный колпак, из отверстия которого лезет наружу чёрная туча. Где Плохое настроение, там всё худо. Его антенна пронизывает горизонтальной чертой небо, создавая помехи Неважному и Хорошему настроениям. В его присутствии появляется раздражительность, гнев, ненависть, злоба, нетерпимость, а его завеса темнеет настолько, что всё погружается во мрак.
      Время от времени настроения посылают свои волны на Землю, заряжая ими её жителей. Абсолютно все жители подвержены настроениям, причём чаще – отрицательным. Они то и дело спрашивают друг друга: «Как Ваше настроение?» И зачастую отвечают: «Неважное»… К тому же жители отыскали где-то ещё и наихудшее настроение и назвали его неприятным именем – Хуже некуда. Вот так они частенько и говорили: «Настроение – Хуже некуда!»
      А между тем не так уж всё было скверно. Их небо переливалось бирюзой и окрашивало Землю пронзительной голубизной. Кругом пребывала красота! Но не замечали её жители. Не видели они красочного неба, сплошь усыпанного ослепительно сверкающими звёздами, украшающими его ночью и даже днём. Считали это второстепенным, маловажным и продолжали носиться со своими настроениями
      Среди жителей обитал маленький ослик. Лазурный ослик с глазами, как две черносливины. И жители стали приставать к нему: «Лазурный ослик, скажи нам, какое у тебя настроение?» Ослик ответил им, что ничего не знает про настроение.
      «Как такое возможно? Ведь в твоей жизни наверняка что-нибудь происходит и влияет на тебя, и поэтому у тебя должны быть разные настроения», – резонно возразили жители. Они поведали Лазурному ослику о занебесных настроениях: Хорошем, Неважном и Плохом. Затем спросили: «Ну, что ты теперь скажешь?» Тогда ослик начал свой рассказ.
      «У меня много работы. Я вожу на себе поклажу и тяну гружёные повозки. Ем и сплю я, где придётся. Работать доводится и в непогоду. Взбираюсь я вверх по каменистым тропинкам, больно раня копытца при этом. Иногда в пути на меня нападают хищные звери, и я сражаюсь с ними. На всякие там неприятности я не обращаю никакого внимания, считаю, что такова жизнь.  Изнемогая от усталости, я останавливаюсь на вершине горы передохнуть и оглядеться. Здесь я замечаю, что наша прекрасная Земля мирно покоится под звёздным небом. Как бескрайни её леса и поля, как нежны горные маки, и как легко дышится среди этого великолепия! Мне хочется смеяться и плакать! На мгновенье я замираю от любви к тому, что вижу. Потом я закрываю глаза, чтобы сохранить в памяти увиденное, и начинаю спускаться вниз. А внизу я снова начинаю восхождение. Всё просто».
      «О! – удивились жители. – Выходит, у тебя всегда Хорошее настроение?» – «Наверное, я не ошибусь, если назову своё настроение Наилучшим, или Превосходным, в таком случае», –  простодушно ответил Лазурный ослик.
      «Ослик нашёл новое настроение – Превосходное!» – оповестили друг друга жители.
      После обоюдных раздумий и споров они сообща решили научиться отличать главное от второстепенного, начать жить так же просто, как живёт Лазурный ослик. Многие попробовали, и, надо сказать, это им так понравилось, что теперь на вопрос: «Как настроение?» – абсолютно все жители отвечают: «Превосходное!»


Дежурные по станции

      Если немножко поднять голову кверху, то можно увидеть весеннее небо, по которому плывут курчавые облака. Если же перевести взгляд чуть ниже, то заметными станут листья на высоких тополях. Молодые тополиные листочки сначала продолговатые и расположены горизонтальными ярусами. Когда по ним пробегает ветер, они быстро-быстро колышутся, образуя рябь. И всё это: голубое небо, с пролетающей по нему ласточкой, серо-коричневые стволы деревьев, зелёная листва – всё это напоминает старинный гобелен, сотканный настоящей бабушкой давным-давно.
      Под деревьями стоят дома из белого кирпича и небольшие каменные домики цвета зелёнки, по которым сразу можно определить, что здесь расположена железнодорожная станция. Фасады домов видны лишь наполовину, потому что их закрывают пассажирские поезда и товарные вагоны. Взобравшись на насыпь, можно увидеть и пассажиров, расположившихся в вагонах, готовых ехать по своей надобности в разных направлениях.
      Весной насыпь превращается в поляну из-за того, что на ней вырастает трава с махонькими цветочками. Но после долгой холодной зимы всё в природе кажется значительнее, поэтому некоторые поэтичные натуры видят на поляне целый ботанический сад. Прямо на их глазах распускаются махровые оранжевые бутоны, появляются небесные незабудки с жёлтой серединкой, тут и там выпрыгивают из травы белоснежные ромашки, покачиваются кремовые мятлики. Более чуткие натуры даже слышат звон лиловых колокольчиков!
      В эту весеннюю пору на поляне появляется рыжий конь, который пробует первую травку и дремлет, согретый нежным солнцем. Из окон дома напротив поляны за конём наблюдает взлохмаченный одноглазый кот. Когда-то большая собака из-за косточки выкусила ему глаз, он долго болел, но выжил, и с тех пор побаивался животных крупнее его самого. Кот, к его чести будет сказано, был великодушным и давно простил собаку.
      В настоящий момент, поборов страх, он решил познакомиться с конём. Он то приседал за окном, то поднимался по стеклу на передних лапах, но толком так и не смог разглядеть конягу. Тогда, расхрабрившись, кот вышел за калитку и сел там скромненько, как будто между прочим. На самом деле он внимательно следил за конём и хотел приблизиться к нему. Конь издали мельком глянул на наблюдателя и слегка потряс гривой. Набравшись смелости, кот, припадая к земле, перебрался через дорогу на цветочную поляну.
      Большие сиреневые глаза коня заворожили его… Взгляд был ласковый и добрый. И кот осмелился: «Давай будем дружить, конь!» Изумлённый конь ответил: «Кот, ты такой маленький, а я такой большой; я ем траву, а ты ловишь мышей; я люблю купаться, а ты боишься воды; я помогаю человеку в тяжёлой работе, а ты нежишься днями на тёплой постели – мы такие разные! Ну что мы с тобой будем делать?» – и конь недоумённо фыркнул.
      Кот растерялся и часто заморгал единственным глазом, но собрался с духом и возразил коню: «Конь, ты не совсем прав. Оттого, что у меня лишь один глаз, я не так проворен, как другие коты, и поэтому совсем не ловлю мышей. В доме, где я живу, есть ребёнок. Он угощает меня фруктами и овощами, которые ест сам. К некоторым вкусам я привык, и кое-что мне даже нравится. Например, я с удовольствием ем свежие огурцы, кабачки, тыкву. Виноград, бананы, абрикосы считаю лакомством, а хурму даже выпрашиваю.
      И ещё я люблю всё сладкое, ведь ты тоже любишь сахарок? Я, конечно, боюсь воды, но умываюсь влажной лапкой каждое утро и после каждого кормления, и когда просто запачкаюсь. Тяжести, правда, мне не под силу, и тем не менее я по-своему тоже помогаю человеку. Я могу поднять ему настроение и улучшить самочувствие, забравшись к нему на колени и немного помурлыкав».
      «Ты верно говоришь, кот, – сказал конь, выслушав его. – Я, пожалуй, соглашусь с тобой. Я принимаю твою дружбу в обмен на свою. И всё-таки, чем же мы будем заниматься?»
      Кот, недолго думая, ответил: «Давай будем дежурными по станции!»
      «Как это?» – спросил конь.
      «Ну, – начал кот, – мы будем сидеть на поляне, встречать и провожать поезда. Люди, проезжающие мимо, увидят нас и подумают, что за окном всё тихо и спокойно, и на душе у них станет безмятежно. Они радостно поедут дальше. И так будет всегда!»
      В знак одобрения конь замотал головой и махнул хвостом, а проходящий мимо поезд застучал колёсами по рельсам: «И так будет всегда, будет всегда, всегда, да…».


Зачем люди ходят на войну

      Семья во главе с художником и женщиной кочевала по белу свету в поисках счастья. Странствовали всегда налегке. С собой брали только самое любимое: животных, книги, краски и холсты. За время путешествия детей стало больше, появились внуки, наполняя жизнь разнообразием, весельем и приятными заботами. Пора было найти какое-либо пристанище, но им всё никак не удавалось это сделать, и вот почему.
      Земля ко времени образования этой многочисленной дружной семьи была настолько вытоптана разными путями-дорогами, тропами, стёжками и развилками, что яблоку негде было упасть. И по этим многообразным дорогам шли и шли люди. Некоторые из них явно спешили, другие, наоборот, не торопились, а прочие и вовсе уже возвращались назад. Большинство из них было облачено в военную форму, пестревшую разнообразием расцветок, но немало было и людей в гражданской одежде с оружием в руках. Все они шли либо на войну, либо с войны.
      Где же было приютиться скитальцам, если крохотные неисхоженные клочки Земли уже были заняты единичными густонаселёнными домиками? Да и счастливы ли были живущие в них, если кругом не осталось ни одного деревца, ни одной птицы? Водную гладь теперь рассекали военные корабли, а солнце пряталось за дымовой завесой непрестанных взрывов.
      Описываемая здесь семья, напротив, хотела счастливой, мирной  жизни. Все, входящие в её состав, ненавидели войну всей душой. «Какая мерзость, – говорили они, – стрелять в человека. Мы хотим мира, покоя и благополучия, и, стало быть, нам не место на бранной Земле».
      Поразмыслив, они решили обустроиться в высоком небе на облаках, где им не мешали бы юркие самолёты. Конечно, они столкнулись с большими трудностями в процессе переселения, но им верилось, что если в душе зародилось желание, то оно обязательно сбудется. И фортуна улыбнулась искателям счастья!
      Найденное местечко оказалось милым и уютным. Здесь всем хватало света, влаги и тепла. Было непривычно тихо, но быстро пространство заполнилось весёлыми детскими голосами, звонким лаем собаки и задорным ржанием коня. А когда женщина посадила семечко, и из него выросла урожайная яблоня, откуда-то прилетели и обжили её редкие птицы, распевая с раннего утра до поздней ночи. И даже ночью какая-то пичужка выводила чарующие рулады, спрятавшись среди ветвей.
      Облака с поселенцами неторопливо поплыли по небу, обеспечивая им спокойное проживание и возможность заняться, наконец, своими делами. Небо выглядело таким торжественным и величавым, что невольно хотелось ему соответствовать.
      Поэтому для начала все облачились в праздничную одежду, а художник теперь всё время носил мантию. На удивление всем, на сером в яблоках коне произошла частичная смена окраса: светлые яблоки стали красными – именно такие созревали на яблоне. Собака готовилась к появлению и взращиванию щенят. Она была очень чистоплотной, поэтому вылизывала свою шерсть так тщательно, что из чёрной шёрстка сделалась у неё рыжей, кое-где палевой. Новая масть очень подходила к её голубым глазам. Простой полосатый кот до такой степени отъелся и выспался, что чрезмерной пушистостью превосходил теперь любого породистого кота.
      Птицы время от времени меняли свои красивые пёрышки на прекрасные и распрекрасные. Даже кружевные цветы, наполнявшие пространство, видоизменялись в течение дня по нескольку раз в соответствии с радужным спектром. Жаль, что никто с Земли не мог увидеть эту обворожительную красоту. Ведь верно, что если всё время смотреть себе под ноги, вряд ли увидишь небо, да и дым пожарищ помешал бы, пожелай они посмотреть вверх.
      Новосёлы осваивали новую среду обитания. Каждый день у них теперь был праздничный!  Художник демонстрировал свои давние и новые работы, женщина пекла вкусные яблочные пироги, дети делились своими впечатлениями и играли с животными. Небо подарило его обитателям спокойствие и потекло бесконечное мирное время.
      Изредка выпадали моменты, когда дым внизу немного рассеивался и можно было вновь видеть Землю. Женщина старалась не упускать такие минуты, чтобы успеть разглядеть происходящее внизу. Там всё было по-прежнему. Туда-сюда сновали вооружённые люди. Не видя перемен, женщина очень огорчалась, переживая за жителей Земли.
      Особенно она волновалась за своих старших детей, которые оставались всё ещё там, надеясь убедить безумцев прекратить разрушать и начать строить, пока не поздно. Они призывали вояк остановиться. На вопрос: «Как же это сделать?» – они отвечали: «Замрите в сию же секунду – и всё!» Те, кто шли впереди, уже сдерживали шаг, намереваясь это исполнить. Но шедшие сзади не слышали призыва и напирали, тем самым заставляя их продвигаться вперёд, и остановка отменялась.
      Женщина с болью в душе смотрела сквозь облака и думала, что в военные походы люди теперь идут настолько обыденно, как ходят, например, в магазин. «Как это плохо! – думала она. – Это стало у них повседневной привычкой». Но она не теряла надежды и успокаивала художника, втайне от неё тоже наблюдавшего за манёврами на Земле, что их взрослые дети сделают всё, как надо. Они продолжали верить, что война завершится миром.
      Женщина огляделась вокруг, и сердце сжалось у неё от неимоверной красоты и от того, как непринуждённо играли дети, как вдохновенно работал художник, как спокойно чувствовали себя животные. Непроизвольно она развела руки в стороны и тихо спросила: «Зачем люди ходят на войну?»
      На мгновенье все замерли… Птицы перестали щебетать, собака тревожно отвела глаза в сторону, кот прервал катание яблока, а конь почему-то виновато глянул на женщину. Испуганные дети готовы были вот-вот расплакаться, а художник скорбно застыл у картины.
      Но шло время, и к их взрослым детям, там внизу, уже присоединялись воители, услышавшие их. С каждым днём желающих строить Мир становилось всё больше. Армия разрушителей стремительно преобразовывалась в армию созидателей. Ещё был слышен топот ног и бряцанье оружия, но всё одержимее становился гомон возвращающихся птиц, желающих заново научиться вить свои гнёзда на любимой и прекрасной Земле!


eXTReMe Tracker
 Новости  Мероприятия месяца  Фестивали, конкурсы  Семинары, курсы  Контакты  
 
© 2007-2019 г, ГАУК НСО НГОДНТ