Поиск    2021 год объявлен Годом науки и технологий в Российской Федерации          

Культурно-досуговая деятельность



Сергей Влаильевич Казначеев,
доктор медицинских наук, профессор





Пожилой человек – творец, а не потребитель
О развитии социальной активности старшего поколения

      Так сложилось, что современное общество не ставит перед пожилым человеком даже простых, а тем более, глобальных целей предстоящей жизни. Более того, оно не даёт ему и повода продолжить саморазвитие. А если этого нет, человек естественным образом уходит в решение какой-либо мелкой проблемы своей жизни, предполагающей только личный интерес. Решение это может быть приятно для него, но в то же время во многом не совпадать с интересами окружающих его людей. Ведь все мы думаем по-разному, двигаемся по-разному даже к одной и той же цели, постоянно преодолевая некое сопротивление семьи и общества, препятствующее этому движению.
      Осознание этого сопротивления, нередко приводящего к ощущению бессилия что-либо реализовать даже в личной жизни, вызывает духовную и эмоциональную пустоту, и у человека исчезает чувство жизни, возникает потребность покинуть её. Индивид нередко реализует эту потребность с чёрным сердцем, с обидой на окружающих, скоропостижно умирая от какой-либо самой простой болезни. Значимо то, что появление подобной болезни у названного человека делает бесперспективным любое, даже самое современное лечение подобного недуга. Все усилия окружающих спасти такого человека практически бесполезны. Это явление получило название «настрой на уход из жизни».
      В дореволюционный и даже в доперестроечный период существования нашей страны пожилой человек сопровождал свою жизнь неким другим чувством – ощущением значимости себя для окружающих людей. Он чувствовал, что был необходим другим, и до самого последнего момента своего бытия ощущал потребность жить до тех пор, пока не отдал себя служению другим. И когда у человека возникало ощущение, что он сделал всё, что мог, и в его сознании и душе возникало глубокое чувство удовлетворённости от того, что он сумел сделать. Именно в этот момент ему приходила духовная установка на уход из жизни, но уход телесный. В таком состоянии этот счастливый человек был абсолютно уверен в том, что в памяти идущих ему на смену поколений он будет оставаться долгое-долгое время. Он уходил из земной жизни радостным, удовлетворённым своими делами, зная, что кто-то подхватит созданное им и обязательно вспомнит о нём.
      Поэтому, когда мы говорим о формальном бессмертии, то, с этой точки зрения, бессмертие – вещь вполне реальная, осуществимая в рамках той жизни, которая дана личности с момента её рождения.
      То есть реально бессмертие существует, и можно насчитать минимум 4 варианта его проявления в феноменах жизни каждого из нас.  Это:
      – дети, которых мы оставляем после себя;
      – наши производственные заслуги перед развитием и жизнью общества, государства;
      – обученные кадры, подхватывающие наши идеи;
      – бессмертие в идеях организации мира и места человека в нём.
      Когда эти четыре бессмертия сливаются вместе, то человек остаётся в памяти поколений на очень большой срок. Тогда есть ощущение, что человек остаётся внутри сознания многих людей, потому, что мы говорим о нём, изучаем его автобиографию, ориентируемся на его дела – и это даёт нам мощнейший стимул для саморазвития. Саморазвитие возможно только тогда, когда человек очень чётко и ясно понимает, зачем и что он делает, что оставит после себя. Все пожилые люди должны иметь возможность и право оставлять после себя новые наборы ценностей для предстоящей жизни государства и общества. Это определено тем, что человек пожилого возраста наиболее свободен в выборе информационных потоков: он может их глубоко анализировать, вводить в них новые суждения с опорой на опыт прожитой жизни, создавая идеи о наборе духовных и материальных ценностей, мотивов будущего развития конкретного общества, народа. 
      Именно это всегда было маяком, указывающим правильный путь в развитии всего человечества. Таким образом, идеологию общества закладывали не наши управленцы, премьер-министры и президенты, а пожилые люди, которые всегда занимались этим делом, не допуская передачи своего труда молодым, даже очень образованным членам общества.
      Ярким проявлением такого распределения социальных, духовных обязанностей в решении проблем исторического развития любого государства были Советы старейшин, обязательные структурные единицы в управлении любой страной, в том числе и Россией. Они решали глобальные вопросы идеологического плана. После Великой Отечественной войны, в период, когда ушли из руководства Россией многие пожилые люди (80-е годы прошлого века), исчезли и Советы старейшин. Данное событие стало одной из важных причин исчезновения советской идеологии, в которой было много хорошего, и неприхода новой идеологии в развитии страны как таковой. По этой причине сегодня многие представители не только современной молодёжи, но и пожилые люди не видят смысла и цели своей предстоящей жизни, порождая в России всё большую волну бездуховной жизни. Они, как правило, очень плохо знают и понимают, куда им сегодня идти и во что необходимо верить.
      Современный человек напоминает корабль, плывущий по течению или по ветру, ему безразлично, какие ветры дуют в его паруса. Людям, как правило, дают в руки некие вёсла (по типу наших «информационных технологий») и говорят, гребите, но при этом куда – не говорят. Главное, просто грести. Получается, что мы живём в процессе ухода от любой самореализации, оставшись без маяков, на которые можно было бы ориентироваться в этом, во многом неопределённом, плавании. При такой постановке вопроса, начиная уже с 55-летнего возраста, жизнь человека начинает разрушаться. Именно с этого момента, когда пенсионное законодательство, по сути, как бы останавливает движение человека вперёд, а государство не формулирует цель и смысл бытия, любой человек начинает жить с мыслью о том, что пора уже готовиться к уходу из этой жизни, так как она перестала быть той, в продолжении которой заинтересованы семья и общество. 
      Изменить данное положение могут только люди старшей возрастной группы,  так как именно их поколение содержит ещё остаток той идеологии, которая была позитивным стержнем в жизни российского общества классического ХIХ и бурного ХХ веков. Именно эти элементы идеологического стержня можно положить в основу новой идеологии, которая способна вывести российское общество из глубокого духовного кризиса, оживить способности нашего сознания создавать идеалы будущего и вести к ним мысль, эмоции и деятельность современных людей.
      Социальная пассивность наших стариков – не их вина, а следствие тех условий, в которых они прожили свой век. Нынешних пенсионеров нельзя сравнивать с их сверстниками дореволюционного периода. В большинстве своём это люди высокообразованные, имеющие в прошлом большие заслуги перед обществом. Сегодня пожилые, с момента выхода на пенсию, сразу попадают в атмосферу социальной опалы, бездеятельности, становятся «социальными сиротами», как будто не помнят, не имеют своей семьи, рода и племени, составляя ту «маргинальную» когорту общества, о которой не принято заботиться.
      У современного пожилого человека не остаётся шансов почувствовать себя необходимым для жизни собственной семьи и общества. Более того, ближайший социум заставляет его делать вещи, ему не присущие: скучать, быть пассивным потребителем – в широком смысле слова, лишая тех преимуществ, которые он раньше имел, активно вступать в зависимость от близких и родных людей, несмотря на реальное отсутствие тяжёлых болезней, требующих стороннего ухода, и так далее.
      Всё это приводит к тому, что большинство пожилых людей нашего современного общества оказываются как бы на обочине «дороги», по которой идут остальные (прежде всего молодые, зрелые люди) куда-то вперёд, не рассказывая им про это, активно призывая их не путаться под ногами, отдыхая в тени низеньких кустов. Стоять на пути такого хода, надеясь, что их позовут с собой, для этих людей бессмысленно и бесполезно, они уже отработали себя и, по мнению многих идущих вперёд, требуют только покоя и домашнего ухода. Единственный выход для них – это идти от себя, идти изнутри, опираясь на коллективы (равного им возраста), которые  могут сплачивать этих людей, вести за собой, развивать их творческие способности. В связи с этой работой необходимо знать ответ на многие вопросы, которые социально активные пожилые люди невольно ставят себе.
      Что такое творческие способности человека в пожилом возрасте, в чём они проявляются, куда они развиваются?
      Как и для чего их нужно развивать?
      Что такое интеллектуальная жизнь пожилого человека?
      Словом, нужно подробно исследовать целую группу концептуальных положений, чтобы начать эффективно работать с пожилыми людьми.
      Первое, с чего начать – избавиться от принципиально негативных установок, которые затрудняют любое движение сознания и тела человека вперёд:

1) избавить себя от чувства дефицита любви;
2) от разрушительной самокритики;
3) от чувства вины перед своими детьми и окружающими людьми;
4) от агрессивной позиции во взаимоотношениях с окружающими;
5) от лени, пассивности и невежества.

      Особенно хочется остановиться на рассмотрении чувства вины, природа которой редко обсуждается в популярной и научной литературе. Оно возникает не только потому, что сам пожилой человек в чём-то оказывается виноват перед своей семьёй, товарищами по службе и так далее, но и потому, что чувство вины возбуждает существующая государственная машина управления жизнью человека.
      Пожилого человека обвиняют во всём, в чём хотите, даже не пытаясь вслушаться в его мнение, почему-то считая, что он только и способен затруднять движение общества вперёд и по социальному, и по экономическому, и по политическому направлениям. Это связывают с изжившими себя стереотипами его жизни, на которые он продолжает опираться, на неспособность учиться чему-то новому, на слишком завышенные требования к исполнительным и законодательным структурам власти. 
      Возбуждённое чувство вины связывает пожилого человека по рукам и ногам, заставляя его быть вечным просителем, прежде всего, материальных благ, в таком объёме, на который он не может претендовать.
      Какие же реальные результаты практической деятельности можно ожидать при ликвидации у пожилого человека чувства вины?
      Принципиальное оздоровление и изменение социально-психологического климата в жизни всего российского сообщества, укрепление и дальнейшее развитие добросердечных семейных отношений, способных сделать жизнь пожилого человека счастливой, социально активной, здоровой и максимально продолжительной, возврат к активной производственной жизни значительного числа пожилых членов общества, снятие напряжения в личностных отношениях власти и рядовых пенсионеров.
      Другими словами, многое из того, что сейчас вносит возрастной раскол между зрелостью и старостью. Изменяющий себя в представленном отношении пожилой человек и может быть символом настоящих революционных перемен в жизни российского общества, механизмом возвращения ему обновлённой идеологии, а значит «знамя» его будущего прогрессивного исторического развития. Это осуществится только тогда, когда пожилой человек перестанет себя жалеть, противопоставлять себя обществу, обесценивать и уменьшать свою самооценку. Общественная работа по реализации сказанного выше начинается с того, что общество должно вернуть пожилому человеку эмоционально позитивное чувство, вкус предстоящей жизни, чувство уверенности в том, что он может ещё много сделать полезного для возврата России статуса великой мировой державы.
      Как это сделать? Нужно использовать его социальную активность, достижения в быту, в семье, во дворе, где он живёт, используя его находки (по улучшению качества физического отдыха и др.). Можно брать их на щит, выделять, делая на этом акцент. Человек только тогда начинает ощущать заинтересованность в себе  со стороны общества, когда общество подмечает не его глобальные жизненные успехи, а локальные, малые достижения в его жизни, небольшого масштаба, но улучшающие жизнь и быт членов его семьи. Тогда невольно в сознании пожилого человека возникает коррекция негатива, он начинает понимать, что в нём заложены какие-то хорошие начала, что его одобряют, и у него возникает желание реализовать их в большем объёме.
      Получается, что мы должны смотреть на пожилого человека как на взрослого трёхлетнего ребёнка, который активно самоутверждается. Этому всегда способствует чувство, ощущение любви к этому человеку со стороны окружающих, утверждающее его в необходимости быть и активно жить в семье. По сути, это вероятно и есть самый главный шаг, который может легко возвратить стареющим людям уверенность в собственных силах. Реагируя на этот шаг и изменяя себя, пожилой человек автоматически снимает это «проклятое» чувство вины, которое пока, в основном, навязывается ему государством и обществом.
      Таким образом, чтобы творчески развивать пожилого человека, его нужно самого подготовить к этому. Нельзя просто взять старого человека и по приказу заставить его играть на гитаре, петь или плясать, заниматься воспитанием внуков, ухаживать за домашними животными и огородом и так далее.
      Ему нужно создать такие условия жизни, в которых он как бы в своём сознании «очистил» себя от любого комплекса неполноценности, от чувства разваливающегося здоровья, страха смерти. Надо добиться того, чтобы он поменял свой собственный взгляд на самого себя и свои возможности. Ему просто необходимо заставить себя двигаться вперед, опираясь на эмоционально-позитивные чувства, создаваемые внутри себя. И вот когда он сделал себе такой эмоциональный подарок, когда почувствовал, что он может больше, чем он раньше себе представлял, с этого момента можно говорить о начале его творческого развития.
      На этом фоне есть достаточно простые приёмы, которые позволяют работать с пожилым человеком в плане снятия самокритики разрушительного характера, которая мешает его продвижению вперёд. Можно прибегнуть к ряду психологических позиций, которые мы пока очень мало используем в работе с пожилыми.
      А. Главное, не позволять пожилому человеку дурно высказываться о собственной персоне, акцентировать свои недостатки. Когда человек говорит: «Раз я такой плохой, то чего вы от меня хотите, я таким и останусь». Поэтому запрет самокритики в этом качестве является самым первым и главным критерием, когда мы начинаем готовить человека к эмоциональному самопозитиву.
      Б. Человеку пожилого возраста следует избегать лиц, вызывающих у него негативные эмоции. А если таковых много, не нужно пытаться сталкивать в общественных деяниях двух потенциальных противников, не важно какого плана – семейного или идеологического, ничего хорошего не получится.
      Мы должны пытаться поместить пожилого человека в ту среду, где соберутся его соратники, то есть люди, понимающие его судьбу, жизнь, взгляды. Таким образом, нам надо спроектировать некий фильтр при отборе людей в общественные организации. Если этого фильтра нет, то нередко получается парадоксальная ситуация. Обычно мы считаем, что если пессимист попал в оптимистическую среду, то он обязательно должен стать оптимистом.
      На самом деле всё наоборот: если в коллектив оптимистов попадает человек, который постоянно плачется о своей судьбе, то есть пессимист, то он резко снижает рейтинг в самоутверждении и самомнении остальных. Поэтому нытиков лучше переводить на индивидуальную работу, освобождать от группового принципа участия в жизни коллектива. У каждого есть свои таланты, свои собственные варианты, но не надо его погружать в эту коллективную работу. Иначе достигается эффект,  противоположный ожидаемому.
      В. Третья позиция, очень важная: когда пожилой человек использует в качестве такого выбора своё желание свалить вину на других, критиковать всех, от Президента до соседа по подъезду, т. е. у человека при такой позиции теряется самокритика. Когда мы пытаемся ему поддакивать или вступать в полемику, то играем далеко не позитивную роль. Тем самым мы убеждаем человека в том, что его претензии к самому себе, к обществу достаточно обоснованы. 
      Из этих разговоров человек выходит не успокоенным, а ещё более озлобленным. Он начинает в большей степени доверять собственному чувству и демонстрировать его ярко и громко. Когда вы встречаете таких людей и выбираете линию поведения в отношениях с ними, не надо думать, что ваш образ жизни, ваши решения совпадают с мнением других людей.
      Часто срабатывает закон перенесения своей личной установки на то, как будет действовать другой человек. То есть: я убеждён, что это хорошо, и я жду от человека аналогичного действия, а он действует противоположно. Что в итоге получается? Я на него начинаю злиться: оказывается, что он далеко не зеркало моей души, а кто-то другой, и этот другой мне не нужен. Вот это очень важный момент, который мы постоянно должны учитывать в нашей деятельности. Поэтому объективные суждения о том, что может делать человек, как он развивается и куда он двигается, приобретают конкретный большой смысл, и натяжки в психологии исчезают.
      Самое главное, что нужно развить в пожилом человеке, – помочь ему научиться прощать и забывать. Человек получает новое дело, совместную деятельность, заражаясь позитивом, имея удовлетворение от того, что он делает. Тогда автоматически те прошлые обиды, которые накапливались раньше у человека, тоже начинают быть позитивными, потому что он начинает доказывать сам себе и окружающим людям, что он совсем не таков, как о нём думали те, кто его обижал, он совсем другой.
      И в этом отношении мы выходим на очень интересную социальную позицию. Мы начинаем работать против так называемых «социальных страхов». Что такое страх? Это такое закрытие в «коробочке», когда человек принимает на себя очень конкретную роль в обществе и за эти пределы не выходит. По сути дела, складывается некий лик пенсионера. Особенно это ярко выражено в том случае, если пожилые люди живут в изолированных коллективах, например, в доме престарелых, где они общаются больше сами с собой. Там не хватает открытости, общения, разнообразия.
      Когда я в последнее время анализировал психологическую картину в наших домах ветеранов, я ужаснулся тому минимальному набору увлечений, которые там есть: кино, редкие концерты или вечера с танцами – на этом всё заканчивается. И получается, что этим люди занимаются лишь десятую часть времени, остальное время человек разговаривает сам с собой. Конечно, там будет жить страх и всё прочее. Я был поражён, насколько зло человеческое бывает в этих домах ярко выражено. Бывали случаи, когда пожилые люди буквально терроризировали своих же соседей, унижая их. Это недопустимо.
      Когда теперь мы раскрепощаем человека, то даём ему возможность самовыражения. Более того, мы подхватываем его позитивные находки в этом отношении, его навыки и умения, даём ему позитивную оценку. Вот тогда человек сильно меняется и начинает быть абсолютно другим. И когда мы таким образом подготовили пожилого человека к тому, чтобы он начал творчески двигаться, остаётся решить ещё два вопроса.
      Первый – хочет ли он меняться? Это коренной вопрос. Мы же всё думаем менять его: дескать, он такой забитый, беспомощный, денег нет, так давайте ему поможем, давайте его менять. Но это бессмысленный вариант. Оказывается,  что до 60–70 % наших пенсионеров, несмотря на то, что они на кухне всех ругают почём зря, на самом деле их всё устраивает. Они выговорились, сбросили свои эмоции, ничего не делают и дальше живут. И таких людей большинство – не потому, что они плохие, а потому что их жизнь так заставила себя вести.
      Они все идут с комплексом неполноценности: «А что в таком возрасте я могу сделать, я только на кухне могу высказаться». Оказывается, что такому человеку очень трудно привить творческий вариант поведения. Трудно заставить его чем-то заниматься. Потому что он находится в убеждении, что ему, хотя и не очень-то хорошо, но какую-никакую нишу он нашёл. Спрашивается: как в этом случае  быть?
      Очень просто. Есть такой простой психологический способ – нужно точно знать и понимать, что человек любит окружающих людей, животных и растения  по одному простому принципу: если они похожи на него. «Если он на меня похож – я его люблю и уважаю, если не очень – я к нему отношусь с напряжением, а вот если совсем не похож – лучше с ним не связываться». Получается, что у человека эталоном совершенства является он сам.
      В этом отношении можно привести в пример зеркало, которое одновременно –  наш с вами брат и враг, потому что в зеркале отражается не наше тело, а наша душа. Это, если хотите, «энергетический каркас» человека, и он настолько тонко реагирует на все наши издержки психики, что меняется мгновенно. Иногда мы видим такое противное физиономическое изображение в зеркале, что всё из рук валится. Поэтому зеркало в этом отношении является доказательством того, что человек только тогда счастлив, когда объект, с которым он ассоциировал себя, максимально на него похож.
      Обратный пример – собаки и кошки, которые долго живут с людьми, становятся похожи на них, как и люди, которые долго-долго живут в счастливом браке, как близнецы-братья. Это и есть феномен влияния, когда идёт оптимальное соприкосновение образа человека с другим. Получается, если зеркало для меня – самая родная ситуация, то и те проблемы, которые происходят с моим телом, с моим сознанием – самые актуальные для меня. Так вот творчество такого человека можно развивать вовсе не тем, что он будет петь и танцевать, а тем, что он начнёт совершенствовать социально-бытовые жизненные условия. Например, научиться вкусно себе готовить борщ, получать от этого удовольствие, более правильно проветривать комнату и т. д., а может просто правильно расставить мебель, чтобы ему было удобнее перемещаться по  квартире.
      Оказывается, что просто оптимизируя свои социально-бытовые условия, человек уже творчески развивается. Отсюда вытекает целый каскад психологических вариантов: если в квартире у меня стало светлее и уютнее, я уже психологически не могу ходить в грязном белье, не могу не принимать ванну, позволить валяться грязным вещам, значит, я сам себя психологически стимулирую на некий порядок, некую организацию. Если я начинаю болеть за квартиру, значит, эта боль со мной консолидирована, потому что если я к квартире плохо отношусь, мне становится плохо, и наоборот.
      В этом есть довольно интересное основание. Вы обращали внимание на факт: когда люди бросают дом и уезжают, он очень быстро разрушается. Почему? Не потому что он такой ненадёжный, а потому что дом, который вас окружает,  ремонтирует ваша мысль! Оказывается, человеческая мысль, которая присутствует везде и постоянно, – это электромагнитная волна. Она существует из физического поля и, как и поле наших неживых объектов, без конца с ними взаимодействует. Мысль либо консолидирует с ними, либо диссонирует.
      Получается, когда мы начинаем заниматься социальной работой и приходим в гости к кому-то, обращаем внимание на беспорядок в квартире, речь идёт не о том, что человек ленив или нездоров, а о том, что он на данном отрезке времени утратил гармонию взаимодействия с собственными вещами. Что-то повернулось в нём – не болезненное, а психо-эмоциональное, т. е. он стал по-другому реагировать на окружающих людей, вещи, предметы. В этом отношении человеку надо разобраться в себе.
      Всегда будут найдены причины. Скажем, сломался замок, дует во все щели. И на вопрос – почему не починил, начинается масса отговорок: денег не хватает и т. д. Это значит, что человеку безразлично, какая атмосфера вокруг него может создаться. Потому что он потерял надежду быть здоровым. Оказывается, что любой вариант домашней обстановки – это указатель на то, что происходит с человеком. Вещи притягивают человека, и вот здесь можно понять деятельность человека, направления его самореализации.
      Используем простой тест. В древней Индии существовало 4 касты, на самом деле – 4 рода деятельности людей как таковой.

1. Деятельность гуманитарная, просветительская, связана с тем, что я кого-то просвещаю, я гуру – я учитель.
2. Управление и защита (Президент, армия).
3. В широком смысле слова, деньги – банки, торговля и т. д.
4. Ремесло. 

      Эти деятельности изначально притягивают к себе определённые группы людей. Вид деятельности остаётся на всю жизнь, если человек правильно двигается по жизни. Но бывает, что не случилось этого счастливого совпадения. И, когда вы приходите к пожилому человеку в квартиру, можно сразу увидеть тот род деятельности, к которому он склонен. Например, человек много занимается резьбой по дереву, украшает шкатулки и т. д. – значит, он ремесленник. Или у человека всё в порядке в квартире, но он поднимает много вопросов, связанных с деньгами, это человек денежного варианта. Если даже дома непорядок, а он с вами разговаривает о законах государства, о том, как надо управлять и защищать, перед вами управленец.
      Если вдруг человек начинает говорить о философии, долго и витиевато объясняет, почему у него тараканы в доме, что это «веление свыше, некое знамение», – то это как бы «гуру», гуманитарий. Так, присматриваясь к пожилому человеку, вы можете определить – в какую сторону его можно развивать. Того, кто занимается деньгами, привлекать к коммерческой деятельности, к продажам. Если перед вами ремесленник, значит, у него золотые руки, он может помогать обустраивать мероприятия, ремонтировать инвентарь. Тот, кто беседует о философии, расположен к публичным чтениям, например, о здоровом образе жизни и т. д. А бывший командующий войсками явно претендует на роль лидера, режиссёра, дайте ему только технологию.
      Вот это и есть основные направления и способы развития творческого потенциала пожилого человека.  Опираться нужно на то, что имеет человек, к чему он привык, что в нём заложено от природы. Не переучиваться, а продолжать традиции, и тогда человек продолжает самоё себя. Это и способ восстановления здоровья в приобщении к большому искусству. Пусть он не станет певцом, но пользу для здоровья он себе принесёт. А если ещё и учесть психофизические данные – то всё встанет на свои места. Так, кинестетик лучше реализует себя как плясун; аудиал будет петь, а визуал рисовать. Кто-то рисует, кто-то поёт, кто-то запевала, а кто-то просто за компанию пришёл отдохнуть. Здесь не надо эксплуатировать людей «на всю катушку». А вот дифференциация по типам деятельности должна иметь место: театрализация больше подходит тем, кто работал в управлении; декоративно-прикладное творчество – тем, кто занимался ремёслами; и т. д. Не нужно прибегать к искусственным приёмам и шаблонам – занимайте человека тем, что ему знакомо и близко.
      Технологии могут быть разными.
      Арт-терапия – технология, позволяющая снять эмоциональное напряжение, когда из состояния стресса человек входит в состояние самопонимания, преобразуя накопившуюся психическую энергию в продуктивную деятельность.
      Куклы – мощный способ работы с пожилыми. Человек смотрит на куклу как на усреднённый экспонат мира, отыгрывает себя: это как бы делает кукла, а не он. То есть кукла – бампер, берущий на себя груз огромного количества личностных проблем. То же можно сказать и о сказкотерапии – ресурсе, который пока мало используется в работе с пожилыми.
      Лепка – работа с тестом, глиной – даёт возможность многократно изменить форму предмета. При этом происходит многократный сброс того, что мешало, и кукла становится собственным амулетом, оберегом. То же и пескотерапия – лечит душу, снимает напряжение.
      По этим и многим другим методикам есть книги, их стоит изучить тем, кто работает с пожилыми, как и тем, кто работает с детьми.
      Только помните, что пожилые приходят в клубы общения, чтобы отдохнуть, снять напряжение, они по-другому воспринимают мир в отличие от детей. Но эти технологии нужны равно и детям, и пенсионерам. Да и дети сейчас растут сложные, наблюдается отставание в коммуникации, потому что часто с детьми никто не разговаривает. И тут бабушка и дедушка могут стать этими партнёрами детей, отыгрывая с ними в сюжетно-ролевой игре ситуации жизни. Это может быть форма кукольного театра, может быть костюмная театрализация. Польза будет и старому, и малому.
      Ведь переодевание – это изменение внешности. Новый образ, игра в театр – магическое действо, в котором пожилому человеку удаётся убрать комплексы, мешающие ощутить радость жизни. Заметьте, что все наши коллективы  выступают в русском костюме. Люди входят в образ «другого», абстрактного человека. Эта «смена личины», когда человек экранирует от себя – это не-Я. И эта психологическая практика должна учитываться и использоваться организаторами досуга пожилых. Особенно удачно это получается в календарных праздниках народа, когда испокон веков было заведено: 5–6 раз в году человек становится таким «другим», и тогда просыпается колоссальный потенциал творческого обновления личности. Тогда и мы даём человеку возможность максимально ярко выразить себя.
      Приобщая людей к такого рода содержанию праздника, мы потенцируем их личность, просвещая и приподнимая их над обыденностью жизни. Формируется новый набор ценностей, который в рамках этой полноты жизни имеет два слоя: профессиональный и коммуникативный.
      Все эти соображения вы можете учитывать в работе с пожилыми людьми. Пусть ваша работа будет творческой, гибкой и разнообразной!

      Статья подготовлена по материалам доклада в рамках межрегионального семинара «Расширение возможностей участия пожилых людей в социальных и творческих процессах современного общества» (27 октября 2009 года) специалистами отдела информации и издательской деятельности областного Дома народного творчества Ольгой Леонтьевой и Мариной Талаловой.


eXTReMe Tracker
 Новости  Мероприятия месяца  Фестивали, конкурсы  Семинары, курсы  Контакты  
 
© 2007-2021 г, ГАУК НСО НГОДНТ